Запомните секрет вдохновения:  Добавьте в вашу историю цвет, звук и запах

Когда вы пишете текст, который должен кто-то прочитать, очень часто вы используете только один канал воздействия – зрение. Что видит человек, который читает ваш текст? Он видит белый лист, на котором размещены черные буковки. Да, не удивляйтесь, он видит именно это. И с помощью этих черных буковок на белом листе он вытягивает из своей памяти и воображения некие образы, которые возникают в его голове.

Запомните секрет вдохновения:  Добавьте в вашу историю цвет, звук и запах

Причем чаще из памяти, чем из воображения. Например, когда мне было 14 лет, я жил в маленьком поселке на севере Вологодской области. Я никогда не бывал в больших городах и не знал, как выглядят улицы, например, Петербурга. Разумеется, видел какие-то картинки, фотографии, но они укладывались в моей голове каким-то очень причудливым образом. Например, я был уверен, что Невский проспект – это набережная Невы. Но самое главное – не было впечатления города, его ощущения, которое складывается не только из картинки, но из сочетания цветов, звуков, запахов, и даже тактильных ощущений (ветер с залива и толчки в бок от местных жителей). В то время я взахлеб читал Пушкина, Гоголя и Достоевского. И однажды поймал себя на том, что непроизвольно помещаю героев в знакомое мне и привычное окружение. Когда я читал о том, как Родион Раскольников шел по улице Петербурга прятать украденные у старушки-процентщицы ценности, я представлял, что он идет по центральной улице нашего поселка. Просто потому, что других образов в моей памяти не было.

Сейчас, когда я побывал во многих мировых столицах, если я читаю, например, о Риме, я тут же представляю толкотню Виа дель Корсо. О Берлине – вспоминаю пустынную Лейпцигер штрассе. О Стокгольме – тут же вспоминаю коричневую коробку дворца, ряды катеров возле набережной залива и дом, в котором жила Лисбет Саландер. Образы обрели конкретность и вещественность. Это произошло именно потому, что память о городах записана в моей памяти не только как набор картинок, но как набор цветов, звуков, запахов и тактильных ощущений. Города, в которых мы побывали, мы помним всем телом.

Можно ли передать это ощущение читателю? Можно. Но лишь через ощущения, которые помнит он. Воображение всегда питается воспоминаниями.

Может быть, вам случалось видеть картины на исторические темы, написанные, например, в 13-14 веках. Скажем, «Перепись в Вифлееме» Питера Брейгеля. На картине изображен голландский городок и толпа крестьян, спешащих к ратуше. Не могу сейчас вспомнить автора, однажды я видел картинку, изображающую сцену из «Илиады», причем все герои были в средневековых рыцарских доспехах. Персонажи религиозных картин Николая Ге больше похожи на студентов и сельских учителей середины 19 века, чем на обитателей древней Иудеи.

Воображение всегда питается нашими воспоминаниями. Но для того, чтобы запустить механизм этих воспоминаний, нужно воздействовать на читателя всеми возможными способами. Если вы напишете, что герой стоит на берегу реки, воображение читателя нарисует черно-белую картинку, в которой будет лишь одна вертикальная черточка – обозначение положения героя в пространстве.

А теперь попробуйте добавить к этому прозрачную синеву неба над головой. Совсем другое ощущение, согласитесь? Вода в реке пусть будет черной. Тяжелая, холодная, глубокая и быстрая северная вода. Появилось ощущение? Жар от солнца, которое катится по синему небу и прохлада от воды. А теперь давайте добавим зеленую траву и деревья – густую, пронзительную зелень. Теперь у нас есть целый спектр ощущений – жар от солнца, прохлада от воды, и легкий ветерок – со стороны леса.

Прислушаемся. Вода идет почти бесшумно. Но если прислушаться получше, вы услышите шорох, всплески, и тихий-тихий гул, как от проводов – появляется ощущение скрытой от нас, но очень большой мощи. Вы начинаете чувствовать реку, как огромный, не остановимый поток силы.

В небе пролетел самолет. Где-то далеко слышен гул. Возникает ощущение причастности к какой-то большой жизни, которая прямо сейчас протекает где-то далеко. Какие-то люди летят в самолете из одного города в другой. Взвыла вдали бензопила. Залаяла в поселке собака. Пролетела ласточка, чирикнула что-то на лету. Что? Будет дождь? Или нет? Не расслышал, чирикни еще разок!

Над поляной летают стрекозы, слышен стрекот их прозрачных крыльев. Шумит ветер в ветвях деревьев. От леса пахнет горячей хвоей. А от реки тянет сыростью.

Вот так, через цвета, звуки и запахи, вы вытаскиваете всю картинку. Конечно, можно вытащить ее и через одну деталь – через капли на весле у Хемингуэя или через отблеск луны на бутылочном горлышке у Чехова. Но капли на весле и луна на бутылочном горлышке – это мгновенный снимок, это концентрация на детали, восклицательный знак. Вы не сможете идти по истории, перепрыгивая с весла на бутылочное горлышко, читатель очень скоро устанет от этих прыжков. Слишком большое усилие для того, чтобы вытаскивать картинку из одной детали. Поэтому нужно облегчать задачу читателю – давать ему больше деталей, связанных именно с ощущениями.

Попробуйте поставить перед собой чисто техническую задачу – на каждой странице описать какой-нибудь один звук, упомянуть хотя бы один цвет и хотя бы один-два раза за весь текст упомянуть запахи.

Конечно, в сценарии вы не можете описать запах, что бы там себе ни думали Тарковский и Горенштейн с их «пахло пылью и засохшими чернилами». Также я не являюсь поклонником «4D» кинематографа, в котором на зрителей брызжут водой и в определенные моменты нужно открыть пакетик и понюхать надушенную салфетку. Мне кажется – это тупиковая ветвь кинематографа.

Но можно создать ощущение запаха с помощью картинки. Кто не верит – пересмотрите «Трудно быть Богом» Германа. Там нет цвета, но запах – о, запах там есть.

Звук в литературе – это один из важнейших инструментов воздействия на зрителя. Монотонный или наоборот, пронзительный – если нам удается услышать этот звук, книга производит на нас гораздо более сильное впечатление, чем кино «4D».

Опишите голос человека. Какой он – высокий, пронзительный, или наоборот, низкий, густой. Прислушайтесь. Скрипнула дверь. С громким стуком захлопнулось окно. Заверещала за окном сигнализация. Запели птицы. Грохнул выстрел. С громким свистом пролетел метеорит. Зашуршал песок под ногами. Залаяла собака. Шуршат деньги. Слушайте.

Еще лучше звук воздействует в сочетании с цветом. Перечтите жуткий рассказ Чехова «Спать хочется». Крик ребенка, «зеленая лампадка» и «зеленое пятно». Зеленый цвет в этом рассказе – это ядовитый цвет воспаленного, измученного бессонницей мозга.

Какие цвета вас окружают? Сколько оттенков вы различаете? Белый подоконник, белая бумага и белый подбородок у кота – это одинаковый белый?

Человек в черной форме и человек в синей форме – это один и тот же человек?

Серебристая машина и желтая машина – это одна и та же машина?

Изменив лишь одни цвета в истории, вы можете полностью поменять весь смысл и настроение истории. Используйте это.

Запомните секрет вдохновения номер 24:  Добавьте в вашу историю цвет, звук и запах.

Сценарная мастерская Александра Молчанова.

  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1

(0 голосов, в среднем: 0 из 5)
Метки записи:  

Поделитесь с друзьями этой статьей. Спасибо!